«Отель двух миров»

jn_ewe1n2em

Бытует мнение, что современные люди стремятся к легким развлечениям, не заставляющим «кипеть» мозги, они почти разучились понимать философские иносказания.

1 октября Камышинский драматический театр открыл 107-й сезон притчей «Отель двух миров» (пьеса Э. Шмитта, режиссер Я. Арзамасцева), и стало ясно: суждение преждевременное.

Немного об авторе. Французский писатель и драматург Эрик-Эмманюэль Шмитт родился в 1960 году. С раннего детства увлекался музыкой, отличался литературной одаренностью. Он окончил философский факультет престижного во Франции высшего учебного заведения, преподавал философию (чувствуете, откуда «ветер дует»?).

В девяностые годы двадцатого векасоздал пьесы: «Ночь в Валони», 1991 г.; «Посетитель», 1994 г.; «Отель двух миров», 1999 г., поставленную многими театрами мира. В аннотации к последней Шмитт написал, что эта пьеса о тайне и он уверен: взгляд в неизведанное и постижение неразгаданного дают потрясающий результат — человек начинает принимать жизнь такой, какая она есть, он больше не боится неизвестности!

Часов не наблюдали

Действие философской притчи разворачивается между небом и землей (согласитесь, мистическое местечко). Здесь находятся души людей, на Земле пребывающих в коме. Они не знают, возвратятся обратно или растворятся в небытие. Это одному Богу известно. Их удел — ждать решения Всевышнего. Так вот, оказывается, самое время… подумать, как и зачем ты жил, сделать кое-какие выводы.

Бытие, нравственность, любовь — вечные темы. Однако отсутствие реакции на внешние раздражители помогло героям взглянуть на главные ценности совершенно по-другому. По крайней мере, большинству из них… Спектакль идет 2 часа, но зрители этого не замечают.

Думаю, что театралы, которым предложили поразмыслить о вечном, сделали это с удовольствием. Парадокс: души, погруженные в сценические события, болят, мечутся, и вдруг… сердцу становится светло и спокойно. Прошла их бытовая «кома». Великая сила искусства!

Чтобы понять, как нужно жить

Неужели, правда: чтобы понять, как нужно жить, надо научиться умирать? Русский религиозный философ Николай Бердяев говорил, что смысл лежит за пределами этого обособленного мира. Герои притчи находятся в еще более замкнутом пространстве, которое можно охарактеризовать, как вот-вот снова все вернется или уже не вернется никогда. Какими будут они после комы? Ведь у Бога все живы.

Спектакль захватывает с первых минут. Пока главный герой Жюльен Порталь (артист Юрий Юдин) пытается разобраться, что с ним произошло, зрители уже поняли: беда подступила к нему смертельно близко. Внимание напряжено. Тем временем на сцене появляются «условные герои»: просто президент (заслуженный артист РФ Николай Штабной), просто маг (артист Юрий Щербинин), просто женщина (артистка Светлана Олейник).

Личность доктора С (засл. арт. РФ Татьяна Торощина), пожалуй, еще условнее. Кто это? Мужчина или женщина? Почему «доктор», если ему предписано лишь присматривать за постояльцами? Хотя дело нужное: пока они лежат на больничной койке, а врачи пытаются вытащить их из комы, души неприкаянно бродят по отелю, пытаясь улучшить отношения с помощью разговоров.

Количество и качество

Светлана Олейник уже зарекомендовала себя как актриса, которой подвластны разные образы, сыграла роль женщины, измученной жизненными заботами. Она достоверна, изящно двигается (пластика становится отличительной чертой КДТ).

Порадовала игрой актриса Мария Тульникова. Ее Лора – солнышко отеля двух миров: светла и непосредственна. В спектакле девушка – лежачий инвалид с тяжело больным сердцем, которой так приятно порхать, пока длится состояние между небом и землей, позволяющее ей мысленно ожидать чуда – новое сердечко.

Мэтры театра – Юрий Щербинин, Николай Штабной и Татьяна Торощина были в своем репертуаре: играли монументально. Как говаривал Аркадий Райкин, «претензий к пуговицам нет – пришиты намертво, не оторвешь».

Наши аплодисменты!

Иногда так хочется, чтобы элементы «застежки» разлетелись в разные стороны и обнажили чувства и страсти, всегда кипящие в глубине актерских душ, – уж им-то точно не до комы! Смог же Щербинин «оттаять» в сцене, ухаживая за Лорой?

Немного встревожил факт, что на путь «монументальности» вдруг встал Юрий Юдин, исполнивший роль мажорного мальчика Жюльена. Возможно, придать живости образу ему помешали неуклюжие белые «больничные шлепки» на ногах? Но ведь другим героям они не чинили препятствий.

Ботиночки молодых людей в белом, напоминающих ангелов (артисты Петр Суханов и Ольга Шевченко), и Лоры были изящнее: полету не препятствовали (или это плюс хореографа Манон Меликовой и самих исполнителей?). Но обувь – сущие детали. Как и непонятные для многих зрителей буквы S и V, означающие расположение комнат. И не всеми точно воспринятые стрелки-указатели необычного лифта.

Мне кажется, это был замечательный спектакль по одной из лучших пьес Шмитта. Огромное спасибо всем, кто трудился над ним: режиссеру Яне Арзамасцевой, художнику-постановщику Валерию Мищенко, Александру Ферхову (музыкальное оформление) и другим. Сезон открылся! Такое ощущение, что наш театр тоже пережил кому и решил не реагировать на вечные кризисы: творить, несмотря ни на что. Придем и поможем ему нашими искренними аплодисментами! До встречи!

Марина Караваева

 

Добавить коментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.